• Автор: ~Aisk
  • Дата: 24.04.2008 года
  • Категория: Проза, 2008
  • Ключевые слова: Фэнтези

  • Просмотров: 1817
  • Комментариев: 4

История двух убийц. Глава четвёртая. Убийца и Любовница в одной постели

«Убийца и Любовница в одной постели» — четвёртая глава из моего рассказа «История двух убийц».

Я умерла бы для Вас
Я умерла бы для Вас
Я умерла только,
Чтобы чувствовать Вас на моей стороне
Знать, что Вы являетесь моими

Я буду плакать для Вас
Я буду плакать для Вас
Я смою вашу боль со всеми моими слезами
И буду топить ваше опасение

Я буду молиться относительно Вас
Я буду молиться относительно Вас
Я продам мою душу кое за что чистое и истинное
Что-то подобное Вам. *

 

Опять развлечения. Опять шум, гам, крики, стоны. Опять эти пьяные рожи, обнимающие моих подруг-проституток за талии и откровенно тискающие за разные места их полуобнажённые тела. И снова в груди моей ненависть и злость, которые рвут моё сердце, а разум затуманивают. И снова я хочу убить их всех. Я снова хочу им отомстить: за смерть, за боль, за родителей и за мои слёзы. Слёзы, которые хотят появиться на моих бледных щеках. Мои слезы отражают боль, отвращение, жалость, ненависть. Я жалею себя. У меня отвращение к себе. Я ненавижу себя! Кем я стала? Нет, я не расплачусь! Я не стану этого делать! Мне не пять лет, как в тот раз. Я уже опытная, я уже самостоятельная. Я уже воин... Но я уже и шлюха.

Я сидела рядом с ними, за одним столом. И снова у нас праздник. И снова радостный и веселый пир. После кровавой борьбы. Борьбы за власть! Что за слово такое — «власть»? Почему она причиняет одним муку, а другим опьянение? Почему все стремятся к власти? Зачем и почему? Наверное, я никогда этого не пойму...

— Эй! Александра! Рожденная змеёй!

Моё размышление прервал мужской рев. Проклятый демон Фаргус! Один из наёмников. Ненавижу. Всё время со своими чёрными драконами. Помешенный!

— Фаргус, что тебе нужно? — зашипела я, когда он ко мне подошёл.

Все наёмники выглядят одинаково. Чёрный рваный плащ, а под ним скелет, обтянутый кожей и руки с когтями. Хм... существо без органов. Он всегда носил железные перчатки, как рыцари в средневековье. Только где остальные доспехи? У него были волосы, а это редкость для наёмников. Они были седые и доходили ему до плеч. Это тоже редкость. Это значит, что Фаргус прожил довольно долгую жизнь. Все наёмники не имеют чувств. Но Фаргус был исключением. Он мог сострадать, мог ненавидеть, мог уважать! Я не знаю, почему он здесь и когда он стал одним из нас. Но когда я впервые его увидела, то поняла, что он не похож на этих насильников и убийц, у которых на руках полно крови невинных людей. Я никогда не желала его убить, но я его ненавижу, поскольку он был один из них. Один из убийц.

— Хозяин тебя вызывает. Хочет с тобой поговорить, — спокойно сказал Фаргус и поклонился. — Он хочет что бы ты пришла в его кабинет.

Чёрт! Чёрт! Чёрт! Что ему нужно от меня? Адриан! Адриан — так звали моего хозяина. Он не успокоится, пока не сломает меня. Пока не убьёт мою гордость. Не растопчет мою волю. Не увидит моих слёз. Не услышит моих стонов, которые я пытаюсь сдержать каждый раз, и мой тихий плачь. Андриан будет делать это снова и снова, пока не удостоверится, что я ему полностью подчинилась. Неужели я ему не надоела? Нет! Если я надоем хозяину, то он отдаст меня своим людям. А они, не теряя ни минуты, разорвут меня в клочья. То есть изнасилуют. Против всех их я не смогу справится.

Я встала из-за стола и в последний раз взглянула на своих соседей. Спенс, тоже не плохой парень, сидел по правую сторону от меня. Он был сильно пьян и уже спал за столом — тихо хрюкал и произносил чьё-то имя. Барбос по левую сторону обнимал Бьянку, которая сидела на его коленях. Он что-то говорил ей на ушко, а она тихо хихикала и целовала его нежно в губы. Наверное, он обещает ей, что увезёт её из этого ужасного места и они будут жить вместе. Моих губ коснулась улыбка. Да он её любит. А ещё он любит Кассандру, Джулию, Морису и многих других проституток. Кстати, Бьянка — сестра Спенса. Хм... может Барбос и в правду любит Бьянку, потому что не решится иметь дело с её братом. А тот никогда не допустит, чтобы его маленькую сестрёнку обидели.

Я развернулась на высоких каблуках и пошла в сторону выхода, чтобы попасть в кабинет Адриана. Но не прошла я и трёх шагов, как ко мне подошёл Джон. От него пахло спиртным. Джонни, пошатываясь, подошёл ко мне. Хм... он много, наверное, выпил, чтобы подойти ко мне, зная мою реакцию на пьяных. Он улыбнулся мне своими жёлтыми зубами. Когда он стал говорить, я невольно сморщилась, почувствовав запах алкоголя.

— Ну что, Змейка, как делишки? — пьяным голосом сказал он и немного пошатнулся.

— Пока не родила, Джон, — с отвращением ответила я, всё так же сморщиваясь от запаха, ударившего мне в нос.

— Хе, а ты хочешь, чтобы у тебя был малыш от меня, детка? — проговорил он. — Я не против, — с утверждением произнёс мужчина, — разлечься! — Джон положил свою правую руку на мои ягодицы, а левую на спину.

Он стал меня обнимать. Я с отвращение отвернулась. Я чувствовала на своей шее тёплое и пьяное дыханье. «Всё, пора с этим заканчивать! По-хорошему», — подумала я и упёрлась руками в грудь Джонни-который-может-стать-трупом! Выбравшись из его объятий, я отошла на несколько шагов назад.

— Джон, мне надо к хозяину — я не должна опаздывать, — холодно сказала я и хотела уйти, но этот придурок вдруг схватил меня за руку.

— Хозяин подождёт. Я с тобой ещё не закончил, крошка, — страстно произнес он мне на ухо.

Слово «крошка» меня сводило сума! Я ненавидела, когда меня кто так называет! Даже Адриан не смел меня так называть, поскольку знал мою реакцию на это слово. Я готова была убить за это слово — никто не смел ждать пощады. «Так, моё терпенье уже вышло!» — это была последняя здравая мысль после того, как я сломала ему руку; после того, как изуродовала его, когда била его об стену, пинала, царапала, а потом свернула ему шею голыми руками.

Всё это время я слышала оглушающие крики. Это кричали они, змеи ордена! Змеи окружили меня и Джонни словно зрители в театре. Они всё прибывали и прибывали, обступая меня, словно сцену. Они кричали, орали, давали советы, смеялись истерическим и неестественным смехом. Я слышала их голос и это сводило меня сума! Я стала ещё больше и агрессивнее бить мужчину. Я била его со всей своей не женской силой. Потом я решила закончить это всё, закончить его жизнь раз и навсегда. Это было легко сделать. Очень легко, особенно когда мужчина перестал защищаться от наносимых мной побоев.

Но теперь криков и смеха больше не было слышно. Я моргнула. Здравый смысл снова возобладал надо мной. И снова появилась логика, которая не появилась в нужный момент. И снова я поняла, почему все они затихли, почему они все неожиданно замолкли.

— Великая Артемида! Он тут...

Толпа стала расступаться и кого-то пропускать. Из толпы бесчувственных баранов вышел молодой парень. Он был высок и высокомерен, красив и жесток. Он был садистом и подлецом. Да, это он — Адриан. Это он лишил меня родителей, когда мне было всего лишь пять лет, а ему тринадцать. Вы скажете, что ему было совестно и очень плохо оттого, что он видел смерть в свои годы? Я сначала расхохочусь и скажу, что вы плохо его знаете. С самых малых лет его отец учил его не прощать никого и не жалеть ничего. Уже в семь лет Адриан видел смерть и в эти годы он уже убивал. Он убил свою мать! Родного человека! Ему не было её жалко. Ни капельки совести и ни капельки жалости. Парень сам это мне сказал. Его голубые глаза говорили правду, а я, конечно же, могла различить правду и лож. Но давайте вернёмся к тому, что Андриан вышел из толпы.

Хм... честно признаюсь, вышел он из толпы как Бог. Посейдон. Красивые белоснежные волосы, длинная чёлка падала на глаза, скрывая их. У него глаза голубые как безоблачное небо, светлые и чистые. Говорят, что «глаза, это зеркало души», но тогда его глаза должны были быть не светло голубыми, а тёмного синими! Его душа тёмная и глубокая как море во время бури. А голубые глаза придавали ему такую невинность, будто он был самым настоящим ангелом. Падшим ангелом.

Адриан пошёл в мою сторону. Когда он шёл ко мне и к трупу Джонни, его грациозность можно было сравнить с грациозностью пантеры. Нет — кота. В каждом его шаге можно было уловить что-то такое, что нельзя увидеть больше ни в ком. Я знала, что это. Кот прикрывает своей грациозностью свою силу. Силу, которая превыше меня... Силу, которая пугает меня...

Голубые глаза Адриана оглядели труп с ног до головы, у которого, кстати, была свёрнута голова. Ну, точнее шея была свёрнута. Потом его внимательный взгляд перешёл на меня. Я никогда не могла рассмотреть, что творится в душе Адриана, я лишь могла догадываться. Хотя нет, я могла видеть в них что-то. Гнев. Удовольствие. Страсть. Похоть. Жажда обладания. И желание! Желание, которое сжигает его изнутри, заставляя причинять боль себе и другим. Вот все те чувства, на которые способен Адриан. Вот какие чувства есть у него в душе. Эти же чувства он хочет приручить и во мне.

Неожиданно Адриан больно схватил меня за запястье и потащил вон из зала. Я не вырывалась и не сопротивлялась, потому что знала, что это ещё больше ухудшит ситуацию. Я не кричала, потому что это ни к чему не приведёт. Я лишь шла за ним и немного отставала. Когда мы выходили из зала, я наткнулась взглядом на Елену. Та покачала головой и исчезла в темноте вместе с Ризелой. Я шла и не смотрела куда иду, несколько раз спотыкаясь. Я шла дальше, не обращая внимания на боль в плече. Пройдя несколько метров Адриан толкнул меня к стене и прижал к ней своим горячим телом. Он глубоко дышал, а в голубых глазах застыло желание. Я слышала, как его сердце билось так сильно, что ему было трудно дышать. Хм... удивлены, у него есть сердце?!

С Адрианом мы были одного роста, так что наши лица были на одном уровне. Он прижался своим лбом к моему лбу, и наши дыхания слились в одно. Будто мы были едины: он вдыхал, я выдыхала, я вдыхала, а он выдыхал. На мгновение он прикрыл глаза, и я не понимала, что он хочет и что он желает. Его рука отпустила мою руку — теперь его сильные руки трогали моё тело. Они гладили мою шею, плечи, спину, грудь. Правая рука обняла меня за талию, заставляя ещё больше прижаться к телу парня. Левая скользнула по груди, и длинные пальцы слегка сжали нежное полушарие. От его прикосновения я тихо застонала. Я была слишком чувствительна к нему и его прикосновениям. А что я делала? Ответ прост. Я просто стояла. А что я чувствовала? А что бы вы чувствовали, когда до вас дотрагивались руки, которыми убили ваших родители. Глаза, которые смотрели на вас со страстью, принадлежали убийце, который смотрел как ваша мать извивается от боли из-за заклятья. Губы, которые дотрагивались много раз до вас и вашего тела, которые произносили заклятье смерти, убивая вашего отца. Что бы вы чувствовали? Я не знаю как вы, но я была опустошена. Я ничего не чувствовала. Когда он до меня дотрагивался я стонала, но делала это инстинктивно. Пустота в моих глазах выводила его из себя. И сейчас, когда он открыл глаза и увидел эту пустоту, его это сильно взбесило. Адриан взял меня за воротник моей чёрной блузки и развёл её в сторону. Я слышала, как рвётся тонкая ткань и с глухим звуком падают на пол пуговицы. Парень запустил руку в мои чёрные, кудрявые волосы, слега надавил на голову, притягивая её к себе. Его губы коснулись моих губ, и я ответила, и я позволила. Я ответила на поцелуй, и я позволила ему снова изучить структуру моего рта. Его поцелуй был жестокий, грубый и требовательный. Но я уже привыкла к этому, я уже ко всему привыкла. Я прикрыла глаза и пыталась представить кого-то другого. Но у меня никак не получалось. Поэтому я отдалась тому, что до меня дотрагивается убийца. Мой язык сплетался с его языком, будто это была какая-то только нам известная игра. Я вошла в роль страстной любовницы и даже слегка нежно укусила парня за нижнею губу и потянула её. Тот тихо застонал мне в губы и на моем лице появилась лукавая улыбка. Свободной рукой Адриан взял меня за бедро, слегка сжал и немного приподнял, будто приказывая что-то сделать. Я знала, что он хочет. Я знала всё, что он хотел. Я знала все его желания! Он хотел, что бы я его обняла ногами вокруг его торса. И я это сделала. Слегка подпрыгнула и с помощью сильных рук я обняла его вокруг талии. Он немного напрягся, когда я это сделала и когда прижалась своей грудью к нему ещё сильнее. Я должна подчинятся любому его приказу, независимо какой он. Даже если он будет бессмысленный. Правой рукой я обняла его за плечо чтобы не упасть, а левой запустила в его белые как снег волосы, тем самым, пытаясь углубить наш поцелуй. Неожиданно Адриан прервал поцелуй и произнес хриплым голосом: «Не здесь!»

Я согласно кивнула, понимая, что если мы сейчас не остановимся, то участники ордена увидят довольно откровенную картину – чем любит заниматься их хозяин с главнокомандующим ордена. И почему я стала командиром всего отряда. Мы снова пошли. Я слышала в его голосе нотку еле сдержанной страсти. Он был напряжен и понемногу успокаивался. Когда мы дошли до заветной дубовой двери, Адриан уже успокоился. Распахнув тяжелую дверь, я узнала кабинет Адриана. В нём было всё так же. Ряд книжных полок, на которых стояли книги по тёмной магии и медицине — только это он и читал, и изучал. Картины с пейзажами города, который я очень хорошо знала. Небольшая статуэтка обнаженной богини Венеры** стояла на тумбочке сделанной из дерева вишни. Здесь ещё был бар, в котором всегда было чем поживится. На большом резном дубовом столе лежали бумаги, важные документы, контракты, пару интересных книг, перья, чернила. Адриан прошёл к столу и сел за него, он взял бумаги и стал аккуратно складывать их. Я всё понимала — он о чём-то размышлял. Я очень медленно закрыла за собой дверь и также медленно прошла к его столу. На мне всё также была разорванная чёрная блузка, кожаные чёрные брюки, туфли на высоком каблуке. Волосы были убраны в конский хвост – из-за порыва страсти причёска была испорчена. На лице, как ни странно, была маска, которую я надевала на поединок. А вы знаете, из чего была сделана эта маска? И кто её мне дал? А точнее подарил? Хм... Когда я только становилась одной из змей, ко мне однажды на пиру подошел Адриан и дал в руки небольшую тёмно-зелёную коробочку, украшенною изумрудного цвета бантиком. Я неуверенно открыла её и увидела там прекрасную чёрную маску, украшенную по бокам чёрными перьями и чёрными блестящими нитями. Сама маска была блестящая и сделана из кожи, наверное, молодых детёнышей ламы. Мне она очень нравилась, тогда мне было всего лишь двенадцать лет. Я в знак благодарности стала обнимать и расцеловать щеки Адриана. Но неожиданно паренёк обнял меня за талию, прижал к себе и сказал на ухо то, что меня повергло в шок.

— Знаешь, из чего она сделана? Ты заметила, что нигде нет Сандры? Ведь недавно ты с ней была в одной постели! Ты же не даш мне соврать? Маска обтянута её нежной кожей, любовь моя! — страстно произнёс мне на ухо Адриан и отпустил меня.

Вы не приставляете какой у меня был шок. Недавно человек был жив, теперь его нет! Сандра, знаменитая проститутка в ордене, умерла. Она была знаменита своей нежной кожей! Она была доброй, нежной, заботливой. Теперь я держу в руках то, что от неё осталось!

Адриан приказывал мне всегда носить эту маску. Всегда! Если с ней что-то случится, то он сделает эту маску из другой моей подруги! С того самого дня я нашу её.

В моей голове мелькнули воспоминая о подруге. Она была... она... Я даже не могу описать, какой хорошей она была! Адриан самый настоящий садист!

— Ты убила Джона и опоздала на встречу, — резко и громко сказал Адриан, выдернув меня из размышлений.

Я подняла голову и взглянула на хозяина, а потом на зеркала позади него. Вся стена за спиной Адриана была в зеркалах. Они начинались от пола и тянулись до самого потолка. Я не понимала зачем они ему нужны. Для чего они ему и к тому же в таком большом количестве.

— Извините меня, хозяин. Я... — стала тихо оправдываться я, но Адриан прервал меня.

— И как ты думаешь, какое мне наказание придумать? — насмешливо сказал он и развалился в кресле. Он стал тереть указательным и большим пальцами свой подбородок.

— Я не знаю, Господин, — холодно ответила я.

— Хм... ты была бы рада, если я просто до тебя не дотрагивался, — он встал из-за стола и медленно, даже лениво, начал подходить ко мне. — Это ведь так, Змейка моя?

Я, не отрываясь, смотрела в глаза Адриана. Как же я его ненавидела. Всю его сущность, черты его лица, его манеры... А ещё больше я ненавидела себя, когда он входит в меня... И заставляет меня стонать от удовольствия и плакать от бессилия.

— Да, мой хозяин, — холодно, даже без чувств, ответила я.

Он ухмыльнулся и стал пристально смотреть на меня. Адриан подошёл ко мне совсем близко, заставляя меня на мгновения затаить дыхания. Он положил левую руку мне на талию и обошёл вокруг меня. Я слышала, как он вдыхает мой запах волос. Я чувствовала, как он нежно ласкал левой рукой моё тело. Я знала, какое наказание меня ждет.

Всё произошло мгновенно. Страсть Адриана вырывается наружу и разрушает всё, в том числе и меня. Резко, как молния, он прижал меня к столу и стал грубо и страстно целовать. Как ни странно, я стала ему отвечать, поскольку единственный приказ, который я знала в данный момент, это подчинятся и отвечать. Отвечать страстью на страсть. Его руки стали разрывать мою блузку в клочья, и я стала ему в этом помогать. Я на минуту оторвалась от его губ, стала снимать с него мантию. Сняв её через голову, я бросила её куда подальше, чтобы не видеть её вообще. На нём была мантия, в которой он любил убивать своих жертв. Через секунду я разорвала белую рубашку Адриана и как ненужную тряпку бросила на пол. Ему нравилось, когда я делаю так, когда у меня такое настроение. Хе, когда я все разрываю. Адриан оскалился, оскал напоминал мне оскал волка или какого-нибудь дикого зверя. Зверя, который был очень голоден. Да, он был голоден физически по моему телу и морально по моей реакции. Не успела я опомниться, как Адриан сбросил всё со стола и положил меня на него, снял с меня кожаные брюки. Неожиданно я посмотрела на зеркала. Я видела себя, я видела его, помещение, где мы были. Но что-то было не так. Почему-то было такое чувство, что что-то не так. Будто Адриан придумал новое наказание для меня. Я быстро отвела взгляд от зеркала и повернула голову к тому, кто до меня дотрагивается. Губы Адриана коснулись моей шеи, и неожиданно он укусил меня, в то место, где бился пульс. Я не ожидала. Из моего горла вырвался стон удовольствия. Он ухмыльнулся, и я почувствовала это. Его губы стали продолжать игру, скользя по подбородку, по шеи, груди... Его язык обвёл маленький комочек, глядя на то, как тот стремительно сжался. Руки Адриана жили своей жизнью, они гладили, ласкали моё тело, заставляя меня выгибаться от страсти. Я еле сдерживалась, чтобы не закричать от удовольствия и прикусила нижнюю губу. И снова мой взгляд наткнулся на своё отражение, а голова оказалась повёрнутой к нему. То, что я там увидела, ввело меня в небольшой шок. Я лежала на столе, а Адриан меня ласкал. Всё так. Но в отражении была не я! Я стонала, извивалась от удовольствия, прижимала к себе напряженное тело парня, обнимала его и просила ещё и ещё! Моё отражение на меня не смотрело совсем!

Я отвернулась от этого зрелища. Это не было правдой, не правда! Я ничего этого не чувствую, я не прошу его делать мне приятно. Я его не умоляю! Я его этого не прошу, я этого не делаю!

Я осознала, что Адриан больше меня не целует и не трогает. Он вообще с меня встал и стоял, смотрел на меня!

— Что-то не так? — спросила я удивлённо и приподнялась на локтях. Что я говорю?! Я должна радоваться, что он прекратил всё это! Но почему... почему я хотела ещё?!

— Почему я должен тебя трогать и удовлетворять? Если ты не хочешь меня? — проговорил он это холодно как лед.

Внутри меня всё похолодело. «О, нет! Только не это», — в панике кричал мой разум.

— Ведь ты должна быть наказана. Ведь так, моя змейка? — усмехнулся он и схватил меня за руку.

И вот мы поменялись местами. Теперь меня поглощало желание и страсть к нему. Я точно сошла сума! Я его целовала, ласкала руками, губами, языком. Адриан тихо рычал, и что-то говорил на своём языке. Это напоминало заклинание или обряд тьмы, как у валькирий.

На мне больше не было ничего кроме туфлей на высоких каблуках, на Адриане тоже не осталось ничего из одежды. Я залезла на него верхом, как на коня. И в голове всплыли воспоминая, как он учил меня ездить на лошади. Хе, наверное, он не догадывался, что скоро сам встанет на место этой лошади. Точнее ляжет...

«Боже! О чем я думаю?!»

Я положила руки на его грудь и медленно нагнулась вперёд. Я коснулась своими губами его губ и заключила их в страстном поцелуе. Очень медленно я стала двигаться назад, пока не почувствовала там его плоть. Потом также медленно села на него. Из горла Адриана вырвалось рычание зверя. А я... вы не поверите, я прокричала его имя.

— Адриан!

Когда он услышал, как я произнесла его имя, он сжал мои бедра руками и тихо, хрипло засмеялся.

Наши движения были сначала медленны, а потом стали убыстряться. Всё сильнее и сильнее. Быстрее и быстрее! Наши движения стали почти безумными и дикими.

Я резко повернула голову на зеркала. И снова моё отражение не смотрело на меня. Только то что я делала, всё было правдой. Я стонала... Нет, я кричала от удовольствия. Я почти сходила с ума от этого. Даже желания Адриана были приличны по сравнению с моими. Я просто была... не такая...

По мои щекам скользнули слезы. Неужели это я? Теперь я поняла, в чём заключалось наказание Адриана! Да, он довёл меня до слёз, до стонов, до молитв и до удовольствия.

— За что? — как можно тише сказала я, но Адриан всё слышал.

— Это ведь я приказал Джону тебя довести до того, чтобы ты его убила! — напряжено сказал Адриан, и его руки скользнули по моей обнаженной фигуре.

— За что?! — прокричала я и почувствовала, что кончаю.

— Потому что люблю...

Прокричав это, он резко привстал и обнял меня за талию, кончил.

— За что... — тихо сказала я и заплакала...

* * *

Я проснулась оттого, что луч света разбудил меня. Открыв глаза, я сразу поняла, что нахожусь в комнате Адриана, а его рядом нет...

Как ни странно, я проснулась не с ненавистью к нему или кому-то из ордена. А с ненавистью к себе. Теперь я поняла, что никто из них не виноват в том, кем они стали.

Только я одна во всём виновата.

В том, что не умерла тогда с родителями. В том, что я всех вдохновляю на убийство в ордене. В том, что меня любит Адриан с первой нашей встречи. То, что в моём единственном расписание было только следующее: на первое — убийство, на второе — пир, на третье — постель Адриана. В том, что погибла Сандра. В том, что я скоро окажусь в тюрьме, пытаясь убить пару мракоборцев, и окажусь в ловушке. В том, что поймали не только меня, но ещё и моих подруг Ризелу и Елену. Они единственные женщины-воины в ордене. И в том, что меня казнят. А вместе со мной и моих подруг...

Извините меня...

 


 

* «Number One Crush» — песня группы Garbage.
** Афродита.


Материал «История двух убийц. Глава четвёртая. Убийца и Любовница в одной постели» опубликован на сайте antidotportal.ru 24.04.2008 года пользователем ~Aisk на условиях лицензии Creative Commons «Attribution-NonCommercial-ShareAlike» («Атрибуция — Некоммерческое использование — На тех же условиях») 4.0 Всемирная. Все изображения, использованные при оформлении материала, принадлежат их авторам


Всего комментариев: 4
1  ~Sett  8 24.04.2008 в 22:24
Ну 4то могу сказать. Эмоционально, страстно, захватывающе! С т.з. сюжета о4ень интересно!
0
2  ~Aisk  16 24.04.2008 в 22:26
Спасибо тебе...
0
3  ~Sett  8 24.04.2008 в 22:33
Инересно узнать полную картину.
Опе4атки указывают на то, 4то писала Ты в порыве и пламени идеи.
0
4  ~Aisk  16 25.04.2008 в 00:43
ну да у мя идеи появляются ночью и писала эту главу в темноте .....так что такие ошибки и отпечатки
0

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.